ПЕРВЫЙ БАМ СТРОИЛИ ЗАКЛЮЧЁННЫЕ
10 ноября исполняется 80 лет со дня основания БАМЛАГа — подразделения ГУЛАГа НКВД. Сколько всего людей прошло через БАМЛАГ, установить сложно — часть документов до сих пор засекречены. Но, к примеру, его Свободненское отделение в начале 1942 года имело в своём центральном справочном отделении 600 тысяч карточек на заключённых.
Главные задачи БАМЛАГа — строительство Байкало-Амурской железной дороги (проложили лишь треть от намеченного — более 2,5 тысячи км пути), прокладка вторых путей на Транссибе, лесозаготовка, деревопереработка и добыча золота. О некоторых фактах из истории БАМЛАГа мы поговорили с директором музейного научно-учебного центра Амурского госуниверситета Сергеем ВОЛЕГОВЫМ.
Срок за тёлку
— БАМЛАГ был первым и единственным концлагерем в области?
— Нет, первые жертвы репрессий советской власти появились здесь в 1929 году в лагере Бушуйка под п. Соловьёвск Тындинского района. Это были не уголовники в чистом виде, но и не политические преступники — в основном раскулаченные. Они и золото добывали, и подравнивали Амуро-Якутскую дорогу, и лес валили. Многие потом оставались на поселение. Я нашёл одну бабушку в Соловьёвске, Анастасию Рубис, из тех, раскулаченных. За что её посадили? У неё в то время было богатое по тем временам приданое — тёлка. Отец продал тёлку председателю поссовета. Когда председатель пришёл скотину забирать, девушка не выдержала и огрела этого председателя дубиной. Тут же быстренько состряпали дело о покушении на представителя власти и девчушку «упаковали».
— Почему центром БАМЛАГа стал именно Свободный?
— По воспоминаниям начальника отделения земляного полотна благовещенца Константина Меркулова, центр сначала был в Благовещенске. Сюда в 1930 году из Хабаровска перевели организованное управление «Дальжелдорстрой», которое впервые на Дальнем Востоке начало производить проектно-изыскательские и строительные работы по сооружению новых ж.-д. линий. Но вновь созданное управление БАМ-ОГПУ располагалось в пограничном городе Благовещенске — рядом с недружелюбным прояпонским государством Маньчжоу. Поэтому по решению Правительства СССР в конце 1932 года управление перевели в Свободный, в помещение бывшего управления Амурской железной дороги.
Есть воспоминания благовещенки Ларисы Рубиновой, проработавшей на разных участках более 40 лет:
«Мой первый выезд на трассу — в конце 1932 года, на перевал Янкан, что в 90 км от ст. Тахтамыгда. Были сильные морозы. Нас, несколькочеловек, везли на санях-розвальнях. Ввиду отсутствия каких-либо дорог ехали медленно — по льду речушек и ручьёв с завалами. Мужчинам приходилось расчищать с пилами дорогу для проезда. На перевале нас разместили по юртам с печками-чугунками, деревянными полатями из кругляка».
— Почему вы начали заниматься историей БАМЛАГа?
— Не то чтобы я начал именно этим заниматься. Я изучал историю БАМа. Его планировали строить ещё до революции, и уже тогда начались первые изыскания. Но потом не до БАМа стало, и изыскания возобновили лишь в 20-х годах. Об этих изыскания в качестве отчёта в 1945 году написала книгу группа инженеров, преимущественно вольнонаёмных. В ходе своих исследований мне удалось встретиться с некоторыми инженерами, а также с родственниками или сослуживцами.
Ну а попутно с историей БАМа стали всплывать различные факты и документы о БАМЛАГе — центральном управлении в Приамурье, в состав которого по области входили небольшие лаготделения (всего 27) — в тех местах, где строилась дорога. Был приказ, подписанный ещё заместителем председателя ОГПУ Генрихом Ягодой: на каждые 10 километров БАМа должно быть отделение на 700 — 800 заключённых. Кстати, благодаря такому приказу о «филиалах» на все пути магистрали мне и удалось найти следы многих лагерей.
Свидетели ужаса
— Насколько я знаю, по истории БАМЛАГа вы организовывали полевые экспедиции?
— Самая крупная экспедиция, больше 50 человек, была одна, в 90-х годах. И было множество мелких поездок по местам лагерей. Ну вот, пожалуйста (листает фотоальбом. — Авт. ): вот мы на первых километрах БАМа — от ст. Бамовская до ст. Тында. Местные жители показали нам могилу дочери начальника первого отделения БАМЛАГа Вячеслава Пачколина. Существовало несколько версий её гибели: первая — её изнасиловали и убили зэки; вторая — её изнасиловали и убили охранники, а всё свалили на зэков. А мне удалось в Красноярске найти её брата, который рассказал, что сестру разорвали волки. Охранники испугались наказания и свалили вину на зэков. И отец её страшно рассвирепел и расстрелял сначала каждого пятого, потом каждого третьего. Рядом с могилой течёт ручей, который называется Кровавый — в память о тех расстрелянных.
Вот мы нашли больничное кладбище. Когда его обнаружили, там был карьер — добывали песок для игровых площадок детсадов города Сковородино и для Сковородинского киричного завода. Бывало такое: ребёночек играет в песочнице — раз! — выкапывается черепушечка. Когда мы вернулись в Тынду, я добился, чтобы карьер закрыли. Года через два приходит ко мне начальник кирзавода и говорит: «Мне песок из Читы возят — невыгодно». Я отвечаю: «Делай перезахоронение и ставь крест». Ну вот не знаю, как насчёт первого, но крест он поставил.
Находок покажу вам несколько навскидку. Различные приказы и справки: установление восьмидневной рабочей недели; приказ — за утерю рулетки добавить к сроку три месяца; статистические карточки — к примеру, на ученицу пятого класса за кражу 2,5 кг картошки — за такое можно было до десяти лет отхватить. Приказ о назначении зэка начальником оперативногоотделения по борьбе с побегами — то есть заключённый будет ловить зэков.Вырезки из газеты «Бамовец», которую делали сами заключённые.
Различные фотографии со строительства. Вот групповой портрет руководства БАМЛАГа — в центре его начальник Нафталий Френкель, один из создателей ГУЛАГа, начальник строительства Беломорканала.
Материалы я добывал в основном в архивах Амурского УВД, а также в УВД Омска. Часть наших архивов попали в Омск — в своё время именно там собирались делать центральный архив Дальнего Востока.
— Удалось ли пообщаться с прислужниками НКВД?
— Ну, к примеру, в Тахтамыгде я нашёл одного из бамлаговских охранников. Он рассказывал, чтопитались охранники ничуть не лучше зэков: гнилая рыба, гнилая картошка — и то не вдоволь. А на барак, на 100 человек, приходилось десятка три картофелин, несколько горстей крупы и пара гнилых рыбин — это был суп. Как этот охранник относился к заключённым? Ну, он же охранник… Но в душе не думаю, чтобы он им сочувствовал — они же были «враги народа».
— Чем кончился БАМЛАГ?
— Уже после расформирования, в 1942 году, рельсы БАМа снимали, и большая их часть, 1200 км, были отправлены под Сталинград — строили рокадную дорогу, то есть путь вдоль линии фронта. А 800 км бросили под Архангельск — на строительство дороги к содовым и пороховым заводам. Ну и многих строителей БАМа для этого перебросили на Волгу.
«Гайки не закрутят»
— Может ли нынешний политический режим «закрутить гайки» так, как во времена репрессий?
— Скорее всего, нет. Самое главное — власть слаба. Таких железных тисков у неё уже не будет.
— Что, по вашим наблюдениям, народ сегодня испытывает к власти: страх, уважение, ненависть, презрение?
— Полное равнодушие. И недавние губернаторские выборы в области это показали: 36% проголосовавших — это солидный уровень наплевательского отношения к власти.
— Политические репрессированные безоговорочно считаются невинными жертвами, пострадавшими ни за что. Но, с другой стороны, есть известная фраза: «Наказания без вины не бывает». Это действительно так?
— Не знаю как с наказанием без вины, но сегодня слишком часто бывает вина без наказания.
— Есть ли сегодня запрещённые темы?
— Скажем так, есть темы, к которым закрыт доступ по разным причинам. А по большому счёту сегодня, к примеру, в интернете можно найти что угодно, хоть чертёж ядерной бомбы.
Досье
Сергей Волегов родился в 1960 году в городе Кунгуре Пермской области. В 1982 году окончил Омский госуниверситет. Работал в школе, потом стал музейным работником.
Фото из архива Сергея Волегова
Виктор СОБОЛЕВ
